Боснийский альбом. / Отчёты об автопутешествиях / Автотуристу.РУ - автопутешествия и автотуризм: отчёты, трассы и дороги, в Европу на машине, прокладка маршрута! 

Авторизация

Зарегистрироваться

Боснийский альбом.

«Человечество каждый раз все ближе к счастью…
на высоту наших могил»
Владимир Короткевич


Я лежал на кровати в маленькой комнатке ногами к выходу. Здесь мне все было знакомо: слева — старый письменный стол, шкаф; справа у выхода – небольшой журнальный столик с ночной лампой, а над ним – полочка с книгами. В проходной горел свет, и в предутренних сумерках через вставленное в дверь полупрозрачное армированное стекло угадывались силуэты талибов. Я следил за ними, будто находился в театре теней. Они были заняты каким-то своим, только для них значимым делом, всю ночь шастая из проходной на кухню и постоянно громко хлопая дверью. Меня всегда раздражало, когда чужие в этом доме хлопали дверями.
Я так в уме прикинул, сколько денег я могу собрать сам, сколько занять у друзей, но, даже если еще попросить у учредителей, этого все равно окажется ничтожно мало. Бред какой-то! Как это вообще смогло произойти? Если за мой выкуп попросят пол миллиона долларов, тут хоть уделайся и продай все на свете, денег таких не соберешь! Я понятия не имел, где Таня с Дарьей, но был очень рад, что в этот раз они были не со мной.
Дверь в комнату открылась, на пороге стоял талиб. Он протянул мне огрызок замусоленной бумажки с непонятными символами и жестом приказал на выход. Не могу точно описать его, помню только, что он был с бородой, примерно моего роста, смуглявый, как все, точно вымазанный в саже. На голове – пакуль, но в какой-то странной черной спецодежде. Я даже не помню, было ли у него оружие. Я встал. Ноги ватные, по всему телу – липкий странный пот, словно кто-то измазал меня клейкой противной жижей. Что-то давило на грудь. А если сразу на расстрел?



— Allaaaaaah…… – заунывно раздалось с минарета, приглашая на утренний намаз.
Открываю глаза. Лежу и не могу сообразить, где я. Твою ж..! Стягиваю с себя давящее на тело свинцовое одеяло. Душно, все тело липкое от пота. К чему тут вообще талибы в доме моей бабушки! Татьяна тоже не спала. Дослушав спасительный азан, я делюсь с ней своим ночным кошмаром. Опять начинают выть собаки. Странно: к этому времени им пора бы уже успокоиться. Три-четыре псины всю ночь то устраивали на улице между собой разборки, то, перебивая друг друга, неистово выли, выпрашивая что-то у своего собачьего бога.

Сон ко мне так и не вернулся. Беру сигарету, выхожу из гаража во двор перекурить пережитое за ночь. Пару затяжек – и по телу растеклась приятная млявость. Ну нормально, че: на рассвете не расстреляли — день заладился! Вообще я не курю, и не могу сказать, суеверие это какое-то, традиция или обычная человеческая слабость – покупать перед отпуском пару пачек сигарет. Наверное, у многих из нас со временем выработался определенный набор ритуалов, которых стараешься придерживаться незадолго до отъезда, словно футболист перед решающей игрой, шнурующий бутсы всегда одним и тем же образом и ступающий на газон только с «правильной» ноги.
И эта сигарета сейчас – как нельзя кстати.

Прямо у выхода из гаража боком, словно брезгуя мной, примостился Храм Сошествия Святого Духа на апостолов.



Чувствуя неловкость от своего присутствия с дымящейся сигаретой в руках рядом с храмом, отхожу подальше. Уже совсем скоро начнут звонить колокола. Черт! Какая-то необузданная эклектика! Все намешано в культурах и традициях: мечети рядом с церквями, женщины в хиджабах и мини-юбках, суровые бородатые мужики и молодые щеголи в зауженных джинсах. Приправим этот салат простреленными домами, немного неухоженности, немного совковости, немного домов пошикарней… Бездомные собаки…
— Добро јутро, – поздоровался проходящий мимо парень.
— Доброе утро, – поспешил я с ответом.
Нет, мне здесь точно нравится! Вот у нас в Минске до сих пор верят, что, если поздороваться в лифте с соседом по подъезду, обязательно отсохнет язык. Понятия не имею, какой они веры, только войдя в лифт, эти сектанты вряд ли выдавят из себя хотя бы дежурное «Здрасссьте» – их духовный наставник запрещает им это. Возможно, этот проходящий парень — исключение, только своим милым утренним приветствием он задает тон начинающемуся дню.

Мы приехали в Бихач вчера вечером в начале шестого. Два полных дня и три ночи. Ну что есть – то есть, все наше. В небольшой Европе и за это время можно что-то успеть. Тут-то езды от лоснящейся от своей самовлюбленности Вены совсем ничего – и сразу как-то все по-другому: погранец, всем своим видом выражающий уважение нашим скоротечным планам; здесь и там постоянно попадающиеся верхушки минаретов; мальчик, торгующий у обочины бэушными компакт-дискам. Выставленные местными крестьянами вдоль дорог ящики с помидорами, дынями, персиками, какие-то ручные поделки из жести или меди, ковры, мед, разлитое в пластиковые бутылки вино… – все как-то проще.

В гараже был встроен наш апартамент. Ну, как заехали, так маме отписал: «Мы в Боснии, необычно, вокруг мечети, женщины в хиджабах, на домах следы от пуль, спать будем в гараже». Она всегда просит перед нашими поездками хотя бы раз в два дня отправлять ей коротенькое сообщение, чтобы она не волновалась. Получилось ровно наоборот! Не прошло и 10 секунд, получаю: «Где вы? Какой гараж? Возвращайтесь быстрее в Минск!»

Признаюсь, что наша вчерашняя скоротечная прогулка по вечернему Бихачу оставила достаточно гнетущее впечатление. Охватившая Балканы в начале 90-х пандемия безальтернативно прошлась и по этому городу: фасады многих домов до сих пор не вылечены от пулевых оспин – город был в осаде более трех лет.



Едва ли какой-то дом обошла стороной эта напасть, досталось каждому: он просто оштукатурен и отремонтирован, заброшен или так и стоит в оспинах, дожидаясь лучших времен.



Сегодня город живет мирной жизнью, единственная пешеходная улица заполнена отдыхающими. И все здесь в этот вечер так же, как и на многих подобных улицах других городов: вынесенные на улицу столики, где с друзьями можно выпить пива и посмотреть вместе футбол; можно заказать небольшую чашечку кофе и сидеть с ней весь вечер неторопливо покуривая; можно прогуляться по каким-то нехитрым магазинам, так себе ничего и не купив; развеселая детвора, гоняющая мяч на соседней площади – вроде бы все то же, да не то. И чувствовали мы себя вчера здесь как-то неуместно и чуждо, какие-то инородные тела, хаотично блуждающие в этом броуновском движении. И вся эта эклектика держала нас в небольшом напряжении.

Картинка вчерашнего вечера вышла очень гармоничной: внешне суровая мечеть Фетхие как нельзя кстати сходу вписалась в мозаику наших вчерашних беспорядочно составленных тягостных впечатлений.



Мечеть Фетхие – самое старое здание города, построенное в 1266 году. Не случайно в ее внешнем облике угадываются готические черты – это была церковь Святого Антония Падуанского, и до конца 16 века здесь молились другому Богу. Старая колокольня использовалась как минарет вплоть до 1863 года, после снесена, перестроена и получила более мусульманский облик.
Второй раз церковь Святого Антония строили уже в другом месте, но совсем недалеко отсюда. Мусульмане договорились с австро-венгерскими властями, чтобы те не трогали мечеть, а сами пообещали выкупить землю под строительство новой церкви и всячески помогать при ее возведении. Закончив со строительством к концу 19 века, ее отстраивали и расширяли вплоть до начала Второй мировой войны. То ли место было выбрано несчастливое, то ли строили без души, но судьба-злодейка не пощадила в ту войну и это здание: в 43 году на Вербное воскресенье в церковь угодила бомба, и она погибла вместе с прихожанами. И сегодня, стоя на площади лицом к мечети Фетхие, чуть поодаль можно видеть только уцелевшую колокольню с нарисованным на самом верху сердцем. Это своеобразное «надгробие» возвышается на 58 метров, напоминая о тех печальных событиях.



Все та же судьба-злодейка вдоволь поиздевалась над дальнейшими попытками строительства: в Бихаче есть и третья церковь Святого Антония, строили ее уже в 70-х. Этой церкви повезло больше: несмотря на то, что она тоже пострадала во время последней войны, она до сих пор действующая. Только кто знает, что ждет ее в будущем.

Возвращаюсь в гараж.
— Were are You from? – мужичок, лет 50-55, вошедший в гараж с внутреннего дворика, крутится около машины, кивая на номер.
— Belarus, – вступаю в диалог.
— Milan?
— No, no! No Milan! Minsk! Belarus!
Что-то бормочет на своем наречии, ни то — сам себе, ни то – мне.
— Where is Belarus? – вопросительно поднимает на меня взгляд.
Печаль да и только! Где-нибудь на заправке в Австрии мой случайный собеседник был бы послан мной разбираться с этим вопросом к «Гуглу». Но этот простодушный мужичок мне симпатичен, выделываться или ерничать нет никакого желания. Только что-то не очень у меня выходит с ним по-английски, выручает мое собственное «эсператно» – своеобразная мешанина из русских и беларуских слов. Интуитивно подбирая слова то из одного, то из другого языка, периодически помогая жестами и междометиями, можно вполне сносно общаться. А если еще время от времени приправлять эту мешанину чем-то из польского, а то и намешав все три языка хаотично в один — и вовсе выходит какой-то запаренный на юморе каламбур! Девчонки смеются, я беседую, собеседник понимает – все четко! Так забавно и болтаем о всякой ерунде минут 20. Ну а в итоге простодушный и сердешный мужичок заключает, что я – good driver, а мы с ними — брати.
Дав нам несколько напутственных советов по поводу посещения Национально парка «Уна», мой новый брат открывает ворота гаража, преграждает собой и без того пустую утреннюю улицу, помогая мне выехать. Хороший все-таки человек попался! Стоит, смотрит нам вслед.

Мой «брат» так нахваливал Уну, прямо река эта – жемчужина Боснии и Герцеговины, самая живописная и распрекрасная река страны! Ни согласиться, ни поспорить с этим пока не могу — в этой стране мы чуть более суток.
К реке подъезжаем со стороны Орашаца (Orašac). Тишина, спокойствие, уточки, рыбки, из людей – никого, только два местных парня, мирно жующие в беседке бутерброды.



А река – не река, как озеро, вода будто запыленное и нетронутое временем зеркало,



постепенно ускоряется,



набирает силу



и обрушивается красивейшим водопадом — Štrbački buk.



Место обалденное!
Как раз успеваем к небольшому аттракциону: инструктор, подплыв на рафте к самому краю водопада, сбрасывает его вниз, а сам долго ходит по краю, всматривается, будто ищет место, где лучше спрыгнуть. Это длится минуть пять. Мы уже, и правда, начинаем думать, что он собирается сигануть вниз. Даже волнуемся за него. Но нет: он спускается с самой верхушки водопада по каким-то невидимым ступенькам, взбирается в рафт,



проходит пару порогов, «паркуется» у берега, где подбирает таких же избалованных цивилизацией туристов, как мы.



Таня совершенно искренне жалеет, что мы не можем остаться здесь дня на два-три и сплавиться на рафте, и это сожаление звучит для меня небольшим упреком – мы могли бы приехать сюда на пару дней раньше.
И вот вспоминаю находящиеся совсем рядом в Хорватии, перегретые толпами туристов, Плитвицкие озера. Приехав не с утра, спсиховался, пока нашел место для машины. Я уже был готов все бросить и свалить оттуда. Сами входные билеты стоят в пять раз дороже, деньги за парковку содрать не забудут, а паркуйся – где хочешь: хочешь – на дерево, хочешь – в кусты или корни. Ходишь по этим узеньким мостикам и лавируешь в этой беснующейся толпе с одним только желанием, чтобы кто-то ненароком не столкнул тебя со всем туристическим барахлом, наличностью, карточками, телефонами и ключами от машины в эту удивительно прозрачную, населенную самыми счастливыми в мире рыбами, воду! Ни в коем случае не отговариваю от посещения Плитвицких озер, только оказавшись когда-нибудь в тех краях, вспомните и про не обласканную туристами Уну!
Мы проехали вдоль Уны всего лишь 7 км по пыльной грунтовой дороге (порой не самого хорошего качества) и видели всего один водопад. Но если бы меня спросили, в какое из этих мест я бы вернулся еще раз, то вместо Плитвицких озер без раздумий выбрал бы Уну!

Тихо-мирно шуршат колеса, мы едем в Яйце. Следующая остановка – небольшая деревушка Vrtoče. Нам на обед в этно-село “Čardaklije”.

Тень деревьев, как может, прячет от палящего июльского солнца.



Сидим, кайфуем, неторопливо потягиваем натуральный охлажденный морс. Подходят, спрашивают, все ли в порядке – машин с такими номерами у них еще не было.



Здесь все готовят по традиционным боснийским рецептам, блюда из телятины и ягнятины на огне очень вкусные, порции большие, напитки только натуральные (никакой газировки), очень вкусный хлеб из своих печей, кофе по-боснийски.



Потратив здесь, наверное, столько же, сколько в китайской забегаловке «Ашана», удовольствие получаем несравненно большее. Место явно кулинарной направленности, из других туристических развлечений только гостиница, кролики и конюшня.


А между тем, в Боснии и Герцеговине и в настоящее время можно встретить диких (скорее, одичавших) лошадей. Одни из них одичали в конце 80-ых из-за ненадобности, им же чуть позже составили компанию племенные лошадки, которые лишились своих хозяев в результате последней войны на Балканах. И если составить свой маршрут через Ливно и Мостар, возможно, вам повезет, и вы встретите их на Ливаньском поле. Если бы я мог подарить Дарье эту встречу, то впечатлений моему юному чемпиону хватило бы надолго! Я ведь только с прошлого года перестал таскать с собой в поездках нужную обувь, краги и шлем. Ежедневные летние тренировки, наконец, избавили меня от необходимости выискивать в багажнике лишнее пустое местечко и строить маршрут так, чтобы где-то да заскочить хотя бы на пару часиков в какую-нибудь конюшню.

Копилка впечатлений потихоньку пополняется: дороги хорошие, машин мало, радары на выезде из населенных пунктов без предупреждающих знаков, много полиции, и встречные частенько моргают фарами, предупреждая о засаде.



Останавливает, причин никаких — еду по правилам. Паспорта, визы, страховка, техпаспорт – все в порядке. Прошу с ним сфотографироваться – отказывается. Прошу еще раз, улыбаюсь, шучу, объясняю, как далеко я сюда ехал ради такой карточки – уже улыбается. Видно, что неловко ему. Кажется, еще немного я надавлю – и согласится. Подходит напарник, смеются оба. В общем, как ни старался, карточкой с местным полицейским так и не разжился. Раз их здесь так много, может быть, удача повернется ко мне, и остановят еще хотя бы разок.
Местные крестьяне одеты примерно так же скромненько, как и наши, только дома у них куда лучше, чем в наших деревнях.



Пару раз замечаем очаги возгорания на полях и в лесах: некоторые еще совсем в зачаточном состоянии, другие уже достаточно большие, а местные беззаботно ковыряются рядом в своих грядках, и дел им до этих пожаров, как кажется внешне, совсем нет! И ни одной пожарной машины рядом или спешащей на вызов! У нас, скорее всего, все это затушили бы еще на начальном этапе или хотя бы начали пытаться это сделать.
Дважды успеваем пересечь витиевато извивающуюся границу с Республикой Сербской.



Немного не доезжая Яйце есть одно очаровательное и излюбленное местными местечко: на перешейке меду Большим Пливским озером и Малым высадился выводок небольших няшных мельничек.



Говорят, мельнички эти стояли здесь еще до прихода осман. Местные веками вплоть до второй половины 20-го века свозили сюда зерно, позже с развитием технологий мельнички пришли в упадок и только к Олимпийским играм в Сараево заново были отреставрированы.



Ясно, что аутентичных к нашему времени не осталось: дерево – не камень, его постоянно приходится обновлять. Сейчас здесь порядка 20 таких избушек на дубовых ножках и только две из них рабочие.



По ним наглядно видно, как вода, спускаясь по желобу, крутит снизу колесо,



а колесо – жернов.



Перемолотую муку продают рядом в расфасованных полиэтиленовых пакетах со скучающим видом местные подростки. И вроде бы было желание сразу прикупить кукурузной и пшеничной муки, но, несмотря на всю очаровательность этого аттракциона, Татьяна моя что-то побрезговала.

А вид сегодня вечером с нашего балкона – ничего себе.



С 13 века на вершине этого холма существовало оборонительное укрепление, а саму крепость в своем теперешнем виде начал строить герцог Хрвое Вукчич Хорватинич предположительно ближе к концу 14 века. За образец для строительства была взята крепость около Неаполя под названием Уово (итал. Castel dell’Ovo), в переводе не что иное как «яйцо». Так город и получил свое сегодняшнее название.
Яйце — небольшой провинциальный городок, лишенный лоска своих западноевропейских одногодок, сгусток разношерстных достопримечательностей и клубок загадочных и значимых для страны событий. Если бы рядом с нами оказался какой-нибудь местный увлеченный историк, то ковыряться вместе с ним в этом “историческом прииске” было бы намного увлекательней.
В церкви Святой Марии был коронован в 1461 году последний король Боснии Степан Томашевич Котроманич. В этом же городе пару лет спустя он был убит, и с его смертью пало Королевство Босния.



В 1528 году церковь была переделана в мечеть султана Сулеймана II, и после пожара 1832 года она так и стоит невосстановленная. Сегодняшняя «церковь-мечеть» пребывает в запустении, но учитывая времена и события, которая она пережила, сохранившиеся и поросшие травой стены – это не так уж и мало.
Герб королевской династии до сих пор сохранился над готическим порталом, через который королевская знать въезжала в крепость. Портал давно замуровали во время укрепления стен, а сам герб по неизвестной причине изображен зеркально.



Напротив «церкви-мечети» — подземная церковь, которую еще ранее начал вытесывать вышеупомянутый Хрвое Вукчич.



Ей так и не суждено было стать фамильной гробницей его рода. Церковь не достроили, тоннель вокруг алтаря не доделали. Прорубленные в плите над алтарем полумесяц и солнце, возможно, остались от богомилов, чья вера в одно время была доминирующей в Боснии.



Сам Хрвое, возможно, также был богомилом, только ситуация того времени едва ли позволяла ему в его статусе отречься от католичества. Сами боснийцы довольно успешно сопротивлялись католической и православной вере, и только после прихода осман богомилы Боснии массово были обращены в ислам. Говорят, до сих пор в Боснии есть христиане, отрицающие попов, кресты и иконы, и живущие по своим старинным понятиям. Катакомбы на протяжении столетий все-таки не пустовали: здесь уединялись, молились, устраивали склады, прятались во время войн… и оскверняли. В конце концов, здесь был сам Тито.


Травнические ворота.


Башня Медведь – последний бастион защитников Яйце. Толщина стен местами достигает 6 метров, и забраться в нее можно было только по лестнице, вход находится на высоте 8.5 метров от земли.


Сахат-Кула – часовая башня. Это была оборонительная башня, но после того, как город разросся, свою функцию она утратила. В башне прорубили ворота, и через нее пошла улица. В 17 веке на башню навесили часы, которые провисели на ней до конца 19 века. Лишившись часов, своего названия башня уже не потеряла.


Вид с крепости на францисканский монастырь святого Луки.

Когда говорят, что от осман сохранилось много мечетей, — это не вся правда. Это было бы так, если бы не войны. Очень часто это просто хорошие копии, и сколько бы ни было создано комиссий по восстановлению разрушенных культурных объектов, прошлого ведь все равно уже не вернешь.
Пожалуй, самая красивая в Яйце – мечеть Эсме Султани.



Не до конца известны обстоятельства ее строительства, но судя по всему, заболевшая Эсме (дочь Султана и жена намесника Боснии) построила ее по наставлению знахарки, чтобы вылечиться, и построила ее во второй половине 18 века на месте ранее сгоревшей. Но как бы там ни было, беда в том, что сегодня это всего лишь точная реплика той мечети.
Непростая судьба и у мечети Хададан.



Как правило, мечети носили имена своих создателей, но эта была названа в честь квартала, в котором была построена (вторая половина 17 века): хададан, насколько я понял, – кузнец. К началу 20-го века мечеть обветшала, ее решено было снести и на этом же месте построить новую. Но из-за начавшейся Второй мировой войны строительство заканчивали в спешке, поэтому и выглядит она несколько странно.



Пережив смутные средневековые, городу досталось и в лихие девяностые. Во время боев за Яйце эти уютные улочки покинули десятки тысяч боснийцев-мусульман и хорватов – успешно проведенная сербами операция «Врбас-92» не оставляла им шансов остаться. «Википедия» или какой-то другой справочник без проблем выдаст вам красноречивые и кричащие цифры о количестве беженцев и их взаимоотношениях друг с другом.



Ну и, пожалуй, основная природная достопримечательность Яйце – это 20-метровый водопад на слиянии Пливы и Врбаса.



День вышел прекрасный.

Спалось ночью хорошо, без кошмаров. Уже привычный утренний азан, чуть позже – звон колоколов, чашка крепкого боснийского кофе с мужским суровым вкусом, все та же утренняя сигарета и чудесный вид с балкона – за прошлый день мы ко многому привыкли. Сижу утром на балконе и опять жалею, что приехали сюда так поздно!



Кажется, что воздух осязаем. Он какой-то густой и влажный, и такое ощущение, что его можно видеть – вероятно, это все из-за водопада.
Мой университетский друг поздравляет нас в скайпе с годовщиной нашей свадьбы — сегодня ровно 15 лет. Поначалу за свою забывчивость я периодически отгребал. Татьяна – человек с абсолютным аналитическим умом – так и не смогла привить мне за все эти годы чувство ответственности, да и время взяло свое. И в это утро чуда снова не произошло — я опять забыл. Спасло одно: попав в водоворот боснийских впечатлений, об этом мы не вспомнили оба.
Волшебник из меня никакой, сотворить чудо не могу, значит, его надо найти где-то рядом. Как раз по сегодняшнему маршруту, буквально в нескольких километрах от Яйце, в Подмилачье на небольшом пригорке устроилась церквушка Ионна Крестителя.



Стояла эта церковь бог знает с каких времен, только с приходом осман она пришла в запустение, в ней перестали молиться, а по ночам в нее начали загонять скот. Не стерпев такого к себе отношения, церковь сама отправилась искать место получше. Медленно, но верно она за ночь перебралась через Врбас, так здесь и устроилась. И в наши дни, когда вода в реке спадает, можно увидеть одну опору, которую потеряла церковь во время переправы. Далее все та же история: настоящий бич Балкан настиг и эту церковь в 92-м, и как бы стойко она самостоятельно ни справлялась со своими проблемами до этого, ее заминировали и взорвали. Потом ее просто отстроили заново на месте старого фундамента.



Это место паломничества католиков. На Рождество Ионна Крестителя сюда стекаются верующие, устраиваются большие праздничные мессы, и, чтобы исповедовать такое огромное количество людей, в Подмилачье в это время приглашают священников со всех уголков страны. В чудотворные свойства верят даже мусульмане и православные. Считается, что место это в первую очередь облегчает душевные страдания. Сюда желательно приходить пешком, тогда эффект будет лучше. Если не помогло первое паломничество, его надо повторить. Если второй раз не помогло, то, наверное, уже ничего и не поможет. Когда-то даже велась статистика исцелений.



Рядом со старой церковью строится новая, модерновая. Здание церкви вместе с колокольней завернуты в спираль: 33 столба, где каждый означает год жизни Христа. А в долину, где совершается месса, паломники входят через торжественный портал.



Дорога, словно бесконечная скатерть-самобранка, без устали бежала автобанами и проселочными дорожками, ныряла в тоннели и взбиралась в горы, разворачивалась перед нами, предлагая на выбор все новые и новые впечатления.



Не скупится и сейчас: бежит вдоль Врбаса то слева, то справа, подныривает под утесы, изгибается и взбирается вверх, одаривая нас зелеными боснийскими пейзажами.



Дарит нам третий в этой поездке монастырь в месте, где Врбас встречается с Крупой. А село так и называется – Крупа на Врбасе. Монастырь Святого Ильи с такой же печальной участью, как и у многих христианских и мусульманских мест в этих краях.



О нем не так много сведений: построенный предположительно в 13 веке, после прихода осман долгое время был в запустении. Его также отстраивали, реставрировали и ремонтировали, пока в 69 году землетрясение не разрушило его. В конце 80-х монастырь начали отстраивать заново.



Церковь святого Ильи довольно скромная, зайдя внутрь, немного поговорили со священником: в монастыре на сегодняшний день четыре монаха. Стоя перед иконой святой Матроны Московской с частичками ее мощей, слабо улавливаем сквозь стены их пение. Какие-то смешанные чувства сегодня. Каким бы ни был атеистом, физиком или математиком, все равно ведь понимаешь, что в мире действуют не только рациональные и математические силы. Мир – штука неисчисляемая, это не просто набор химических элементов, определенное количество атомов или электронов на орбите. Это не механизм, который можно сложить из винтиков и болтиков. Это организм, и с ним не так все просто, как и с человеком, и это что-то большее, чем составляющие его части. Это из часов я могу достать маленькую шестеренку – и они превратятся в бесполезную безделушку. А если у человека нет руки или ноги, он же не перестает быть человеком? Как-то так и с миром. Если я атеист, зачем крестил ребенка? Не знаю, существует ли религия параллельно со мной, только оказавшись сегодня волею судьбы в таком месте, ненароком что-то подумалось, что прожив столько лет вместе, этот наш юбилейный день мог бы быть немного другим. Такого момента ведь в жизни больше не будет!
Есть у меня предложение: надо отпраздновать втроем наш юбилей в сербском этно-селе. Вчера была боснийская кухня, сегодня – сербская. Это этно-село я держал в уме, но не знал, будет ли у нас время. Оно здесь совсем рядом, надо только немного забраться вверх в Любачево (Ljubačevo).



Во всех странах есть такие музеи, и цели у всех одинаковые. Местный энтузиаст, собиравший долгое время предметы старины, в 2010 решил максимально воссоздать сельский быт этих мест конца 19 начала 20 веков.



Само этно-село открылось всего пару лет назад, но очень хорошо заметно, с какой любовью здесь все оформлено. Все дома, привезенные из разных мест, с мебелью и предметами внутри аутентичные.



В основном здании огромная коллекция разного антиквариата: монеты, посуда, полудрагоценные камни и минералы, мебель, музыкальные инструменты и многое другое. Вот собирает все человек, восстанавливает, живет этим и переживает. А не дай бог здесь полыхнет опять — для кого это все собиралось, куда с этим бежать и как всю эту красоту спасать?



Настраивался я на национальное сербское меню (уже очень многообещающе все выглядело на их сайте), только приехав сюда, никого, кроме разморенной на солнце девушки, продающей билеты, и жарящего в подсобке яичницу охранника (а, может, это и был хозяин), не нашли.



Сегодня мы единственные посетители, и накормить нас в планы персонала не входило. Похоже, все это кулинарное раздолье случается здесь пока только во время праздников или корпоративов. Это никоим образом не портит впечатления от музея, ну пусть так вышло, жалеть об этом небольшом промахе вряд ли стоит.



За сербской кухней едем уже уже в Баня-Луку.
Пережив разрушительное землетрясение в 69 году, сегодняшняя столица Республики Сербской относительно благополучно (если вообще уместно так выразиться) перенесла последнюю войну.



Город напрямую не был затронут боевыми действиями, также лишенный западноевропейского лоска, он по-своему неповторимо провинциален, пусть и является столицей. Информацию об этническом составе можно и не искать: несмотря на наличие в округе мечетей и изредка встречающихся женщинах в хиджабах, чувствуется, что город явно сербский.


Храм Христа Спасителя, построенный на месте разрушенного во время Второй мировой войны собора Святой Троицы. Храм совершенно новый, строить его начали в 93 году в разгар гражданской войны.

На площади Краины играет музыка из кинофильмов Эмира Кустурицы, весело и заливисто растекаясь по примыкающим улицам, зазывая на предстоящий концерт его «The No Smoking Orchestra». И пока плутаем по спальным районам в поисках жилья, исписанные стены домов лучше всяких газет и Интернета недвусмысленно дают нам понять, чье же все-таки Косово и чей футбольный клуб лучший в Европе.
В квартирах и частных домах этого города нашли приют десятки тысяч сербских беженцев, они пришли на место бежавших отсюда хорватов и боснийцев. Но если поменять национальности местами, точно такую же историю, только наоборот, можно найти в других хорватских или боснийских городках.
Из нашего сегодняшнего номера видна верхушка минарета мечети Ферхадия.



Но свидетелем всех тех ужасных событий она не была. Когда-то возраст мечети насчитывал более 4 веков, и можно найти интересную историю, как и при каких обстоятельствах она была построена. В конце концов, она была кандидатом на внесение в список мирового наследия ЮНЕСКО. Надо ли в который раз напоминать, какая судьба ее настигла? И снова: сегодня это всего лишь точная реплика той мечети. Сначала мы разрушаем церкви и мечети, потом отстраиваем их своими же руками. Строим их выше, поднимая над крышами наших домов, тем самым признаваясь себе в своей ничтожности. Ничего странного в этом нет, веками к этому пора бы уже привыкнуть: так было раньше, и в будущем ничего не изменится. Сомневается ли кто-то в этом?



Ни вечернего, ни утреннего азана уже не слышу.

Утром, покинув Баня-Луку, успешно расстаемся со всей наличностью, набрав у местных дынек, абрикосов и помидорок. Ракию в пластиковых бутылках с этикетками «Кока-Колы» Таня брать категорически запрещает, приходится искать «точку» и закупиться в местном сельпо. Жаль, хотелось бы взять самодельной. Мой дед когда-то гнал такой вкуснейший самогон, что порой мы выпивали его еще брагой. А отрава, которая продается сегодня в магазинах, не идет ни в какое сравнение с натуральным, чистым, как слеза, першаком. Местная магазинная ракия в простецких бутылках с винтовыми пробками оказалась вполне себе нормальным напитком.

Боснию и Герцеговину покидаем через Градишку, но что-то ненавязчиво пытается нам внушить, что уезжаем мы в это утро из Сербии.



Эпилог.

Сон, описанный в начале этого эссе, на самом деле был, я его не выдумал. Как правило, все сны быстро забываются, но этот я запомнил. Осознание того, что здесь творилось совсем недавно, душная ночь и воющие собаки – все это стало благоприятной почвой для такого «ночного приключения». На протяжении всей поездки не покидало чувство, что мы опоздали на какой-то душераздирающий и невообразимый хоррор. Заброшенные и невостановленные дома и через два десятка лет производят угнетающее впечатление. Страна, раздираемая внутренними противоречиями и внешними распрями, для кого-то заманчивый кусочек, а для кого-то просто Родина. И если Вы любитель глянцевой Европы и причесанных пляжей, то, возможно, она не для Вас. Тем не менее, она незаслуженно обделена вниманием. Почему-то часто считается, что поездка во Францию или Германию менее безопасна, а аргумент, что «вот мы были в Париже, там все спокойно» — вообще убийственный. Мы живем в плену каких-то глупых навязанных нам клише и штампов, и лучший способ избавиться от них – это путешествовать.
Несколько куцых абзацев про Яйце – невероятно мало. Это должна была быть, как минимум, одна полноценная глава. Я не историк, кто-то это сделает лучше, а в этих буквах в основном мои эмоции. Если во время прошлогодней поездки на Нордкап я мог лишь сетовать на нехватку времени и никак не мог изменить ситуацию, то в этот раз временем я распорядился немного нерационально. В следующем году с большой долей вероятности в те края мы не едем.
Иногда очень полезно оказаться в нужное время в нужном месте, так хоть задумаешься о чем-то на пятом десятке. Монастырь Святого Ильи на самом деле совсем простенький, есть места «посильнее». Достоин ли он внимания туриста, который здесь всего-то на пару дней, – не знаю. В этой же поездке, неделей ранее, были в Словении в Картезианском монастыре под Drča. Вот он круче, он жестче, он больше, и да – он «сильнее». Только в тот день случайно не стукнуло 15 лет с дня нашей свадьбы, то и мысли он оставил вообще другие. А этот маленький и простенький монастырь, мило называемый в народе «Ильинка», запомнился больше.
Дав такой заголовок моему эссе, я поступил слишком самоуверенно. Я так и не разжился карточкой с местным полицейским, а наш «Боснийский альбом» не заполнен даже на четверть. Так, перевернули пару страничек.

Комментарии (9)

RSS свернуть / развернуть
+
4
+ -
avatar

Miquel

  • 13 ноября 2017, 09:51
… кто-то это сделает лучше, а в этих буквах в основном мои эмоции.


Шикарный, интересный по стилю и выбору темы отчёт, который радует читателя полнотой мысли и грамотным её изложением.
Мельницы отлично легли в объектив фотографа.
Спасибо, Виталий, было очень интересно погрузиться в эту главу.
+
3
+ -
avatar

Чарли

  • 14 ноября 2017, 10:55
Ко времени выхода в свет «Cantabria. Вступление.» мой топик был уже почти готов, с «досады», что буквально только что кто-то успел перед носом «запатентовать» такое решение (начинать рассказ со сна), пришлось повременить с публикацией. За это время топик урезался процентов на 20.
:) Штука это все, ей богу. Я рад, что понравилось.
+
2
+ -
avatar

Miquel

  • 14 ноября 2017, 12:18
Штука это все, ей богу


Шутка?

Да я сразу просёк, что вопрос неординарный был. А после, прочитав два-три абзаца, сбросив переживания о пленении моего Друга, также понял, что мы, хотя и не виделись до сель, но в чём-то едины. )))
+
1
+ -
avatar

Чарли

  • 14 ноября 2017, 15:34
Шутка?
да, очепятка.
+
4
+ -
avatar

BVD64

  • 13 ноября 2017, 12:42
Спасибо за пережитые эмоции!
+
2
+ -
avatar

Чарли

  • 14 ноября 2017, 16:57
Владимир, я знаю там неплохую «точку», кто его знает: может быть, через пару лет переживем их там вместе на месте?
+
1
+ -
avatar

BVD64

  • 15 ноября 2017, 03:27
Мы можем лишь предполагать, Виталий, располагает, как известно, Господь. А почему нет!
+
5
+ -
avatar

bulava61

  • 13 ноября 2017, 13:00
Снова рад был Вас прочитать. Приятный, неторопливый рассказ. Примеривал прочитанное на свою балканскую поездку этим летом — всё совпадает. Показалось, что эмоциональная линия повествования практически прямая, нет скачков вверх-вниз. Или показалось?
+
3
+ -
avatar

Чарли

  • 14 ноября 2017, 16:55
Показалось, что эмоциональная линия повествования практически прямая, нет скачков вверх-вниз. Или показалось?
Немного в тупике, как ответить на этот вопрос. Если бы пришлось выбрать 5 слов, которыми можно было бы описать наши эмоции, получилось бы что-то типа: настороженность, депрессивность, необычность, интерес, восторг. Получается «летящая вверх прямая» :).

Внимание!

Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии непосредственно на сайте. Советуем Вам зарегистрироваться (это займёт 1 минуту) и получить тем самым множество привилегий на сайте!

Можно также оставить комментарий через форму "ВКонтакте" ниже, но при этом автор публикации не получит уведомление о новом комментарии.